«Мы так и не смогли закончить холодную войну» | СВЕЖИЕ НОВОСТИ

В 89 году все поверили, что холодная война окончена. 

Конфликт тянулся 50 долгих лет, и обоим блокам не терпелось перейти к чему-то другому. Там были перерывы и даже пара разрядок, однако перемирие казалось вечным. Разумеется, в 89 году напряженность не испарилась, и потом возникали какие-то стычки, но каким-то чудом мир продержался более четверти века. И затем, в 15 году перемирие исчезло также быстро, как и появилось на свет, а войну возобновили там, где окончили. 

Не волнуйтесь, я вовсе не пытаюсь что-то пророчить. А говорю про 1389 год. 

С 1389 по 1415 год в Столетней войне Англии и Франции образовался долгий период затишья. Однако ненавидевший мир Генрих V вновь разжег оставшуюся после битвы при Азенкуре ненависть, воскликнув: «Что ж, снова ринемся, друзья, в пролом, Иль трупами своих всю брешь завалим!» (если верить Шекспиру). Война продлилась еще 40 лет, пока французам не удалось, наконец, раз и навсегда выдворить англичан из Франции. 

Нельзя заранее сказать, сколько продлится война

Когда ко всеобщему удивлению наступает мир, нам хочется верить, что подписанные договоры будут вечными, и что вчерашние враги станут пусть и вспыльчивыми, но безобидными соседями. 

Однако войны, увы, напоминают изжогу тем, что возникают снова, сколько бы соды вы ни выпили. Вьетнамцы наверняка считали, что вот-вот обретут столь желанную независимость после поражения французов под Дьенбьенфу в 1954 году. Афганцы скорее всего думали то же самое после ухода советской сверхдержавы в 1989 году (и вывода британских войск в 1880 году). К сожалению, войнам свойственно опровергать любые прогнозы. 

Если отстранено взглянуть на картину событий, получается, что война — это своего рода вдыхаемый нами кислород, а мир — всего лишь краткий перерыв, когда мы задерживаем дыхание в надежде на то, что все обойдется. 

Сегодня наша планета стала театром целого ряда затяжных конфликтов, в которых пока не видно и намека на окончание. Пограничный конфликт на Ближнем Востоке, который стал прямым следствием распада Османской империи, продолжает бушевать в Сирии, Ираке, Израиле и Палестине. Пограничные конфликты в Африке, которые породили конец колониальной эпохи, все так же уносят жизни в Конго, Судане и других странах континента. Это не говоря уже о таком абсурдном понятии, как «война с терроризмом», которое появилось еще до 11 сентября и сохранится на долгие годы.

Нам без конца твердят, что холодная война окончена

Уверен, что все вы прекрасно помните о ее похоронах. Мы все присутствовали на той церемонии и с радостью вставали в очередь, чтобы бросить в могилу горсть земли. Высеченные на надгробном камне даты 1946-1991 навевали воспоминания о ее рождении в Фултоне (штат Миссури) с подачи Уинстона Черчилля и его знаменитых слов о «железном занавесе», а затем и долгой агонией, концом которой стал распад Советского Союза. Но вы ведь прочитали немало детективов и наверняка догадались, что пока все танцевали на могиле, зарытый в землю гроб оказался пустым. 

Самые очевидные признаки того, что новость о кончине холодной войны оказалась преждевременной, появились в Азии. Последние 20 лет в каждой статье о безопасности в Восточной Азии я неизменно стараюсь подчеркнуть, что хотя в Европе холодная война, быть может, и осталась в прошлом, в тихоокеанском регионе она по-прежнему остается неотъемлемой частью действительности. Китайская, северокорейская, лаосская и вьетнамская компартии категорически отказываются последовать примеру своих европейских коллег и отчаянно, зубами и ногтями держатся за власть. Корейский полуостров до сих пор разделен надвое непримиримыми идеологиями. Китай и США упорно рассматривают друг друга как военных противников, в езультате чего весь регион разбился на два лагеря: Китай со своими союзниками в одном, и США со своими — в другом. 

Гроб был пустым уже по той простой причине, что холодная война и не думала прекращаться в демилитаризованной зоне между двумя Кореями, Тайваньском проливе и Южно-Китайском море. 

Но даже в Европе в истории холодной войны были свои затишья и всплески. Во время разрядки 1970-х годов Вашингтон и Москва пришли к разумному статус-кво благодаря договорам о сокращении вооружений, продаже пшеницы и культурном обмене. Все больше и больше экспертов высказывались в поддержку теории сближения, по которой государство должно было играть более активную роль в капиталистической системе, тогда как коммунизм мог открыться для рыночной экономики. Но затем Советский Союз вторгся в Афганистан, Америка вступила в эпоху Рейгана, страх ядерной войны вновь дал о себе знать… Что ж снова ринемся в пролом, друзья, товарищи, неоконсерваторы! 

В 1980-х годах советское руководство еще больше одряхлело, и общенациональные похороны Брежнева, Андропова и Черненко следовали чередой друг за другом. Чуть позже испустил дух и Варшавский договор. Когда Горбачев выдернул вилку аппарата искусственного дыхания советской системы, восточный блок развалился на части, а два года спустя за ним последовал и сам СССР. Один из двух лагерей холодной войны прекратил существовать. Игра окончена. 

Да неужели? А что если все то, что нам рассказывали о конце холодной войны, было неправдой? 

После возникновения конфликта на Украине и всплеска напряженности в отношениях Вашингтона и Москвы наблюдатели всех мастей говорят о новой холодной войне. Антироссийски настроенные граждане жадно облизываются, а пацифисты даже боятся представить себе последствия нового конфликта. 

Но представьте себе, что мы на самом деле оказались посреди Столетней войны, и что последние 25 лет были всего лишь передышкой. В конце концов, со многих точек зрения холодная война по-прежнему не теряет актуальности. Хотя две бывших советских республики, Украина и Казахстан, отказались от ядерных боеголовок, на руках у России имеется куда более широкий арсенал. 

США, в свою очередь, не только почти не сократили силы сдерживания, но и потратили миллиарды долларов на модернизацию оружия, которое Обама пообещал ликвидировать (правда, в неопределенные сроки). НАТО тоже никуда не делось, хотя для всех, кроме заинтересованных сторон, совершенно очевидно, что у организации больше нет никаких причин для существования. Такая устарелость, однако, не помешала альянсу расшириться вплоть до подступов к России, чья зона влияния, в свою очередь, резко сократилась. 

Сторонники холодной войны навешивают на Путина ярлык Генриха V

Он стал причиной нового усиления напряженности между двумя блоками, главным образом из-за своих экспансионистских амбиций: сначала Грузия, потом Крым и теперь восток Украины. Кроме того, он занимает весьма агрессивную позицию по отношению к энергетической зависимости европейцев. Он упорно поддерживает сирийского диктатора Асада и работает над созданием геополитических образований в противовес влиянию США: Евразийского союза с Казахстаном и Белоруссией, Шанхайской организации сотрудничества с Китаем и среднеазиатскими странами, БРИКС с Бразилией и Индией. 

Национализм Путина весьма ядовит, и я уже посвятил несколько статей тому, как на его решения оказывают влияние самые что ни на есть ярые экстремисты. Однако факт остается фактом: его внешняя политика по своей сути не так уж далека от курса Бориса Ельцина, который считался прозападным лидером. Поддержанные Россией сепаратисты бросили вызов грузинскому правительству еще в 1992 году. Тогда же российские войска оккупировали часть Молдавии, чтобы оказать помощь сепаратистам из Приднестровья. 

Когда отец Башара Асада Хафез прибыл в 1999 году в страну с официальным визитом, Ельцин открыто назвал того «старым другом России». Иначе говоря, даже в те времена, когда Россия вроде бы зачарованно внимала пению сирен либерализма, она все равно защищала свои интересы в «ближнем зарубежье» и поддерживала привилегированные отношения с не самыми респектабельными союзниками за пределами прямой зоны влияния. 

Единственное отличие в том, что Ельцин не пытался противиться господству Америки. Россия была ослаблена в экономическом плане и не могла держаться темпа США в гонке вооружений. Поэтому она так ничего и не противопоставила расширению НАТО на восток, сначала с помощью программы «Партнерство ради мира», а затем и присвоения статуса государств-членов бывшим советским республикам Эстонии, Латвии и Литве. Ельцин не считал для себя зазорным оставаться на вторых ролях, пока Вашингтон оставлял ему полную свободу действий в ограниченной зоне влияния, позволял оставить ядерное оружие и экспортировать дешевые самолеты и танки, а также помогал вступить в большую семерку и ВТО. 

Таким образом, холодная война была отражением не конфликта двух антагонистических идеологий, а противостояния двух стран, каждая из которых стремилась к мировому господству. Теперь, когда Советский Союз остался в прошлом, путинская Россия по-прежнему сосредотачивает все внимание на своих непосредственных границах. При этом поведение Америки осталось прежним. Именно поэтому холодная война по-настоящему так и не могла прекратиться. 

Если бы США распустили НАТО, приложили усилия для ядерного разоружения и строительства нового пакта европейской безопасности с участием России, холодная война скончалась бы от естественных причин. Вместо этого все институты холодной войны остались на своих местах, а конфликт впал в долгую спячку, выжидая подходящий момент для триумфального возвращения. 

Это не США не вернули к жизни старого противника под влиянием неуместной ностальгии. Нет, это наше нежелание переоценить наши планетарные планы (вполне предсказуемо) повлекло за собой обратный ход маятника. Вообще, все это один из главных законов физики: любое действие влечет равное по силе противодействие. 

Поэтому хватит вести себя так, словно в пробуждении холодной войны не виноват никто кроме Владимира Путина. Охотники на вампиров, которые не посчитали нужным вогнать кол в сердце конфликта, это именно американцы. Так что не стоит удивляться, когда во время прогулок по нашим обширным угодьям нам попадаются все новые обескровленные жертвы.

Джон Феффер

Источник: inosmi.ru


Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*